Всё моё детство я жила в маленьком городке Петушки. Там есть даже две девятиэтажки, но в основном в Петушках свои дома. Мы жили ни в квартире, ни в своём доме. Мы жили, как там тогда называлось, в "бараке". То есть это с виду свой большой дом, но поделён на квартиры. Наш дом включал в себя квартир 9, если не ошибаюсь. Наша была под номером два. Помню это лишь по надписи на старом, заржавевшем ящике, который висел на сарае тёти Раи. почему именно на её сарае? Понятия не имею... Хотя, возможно потому что, он был ближе всего к просёлочной дороге,и всё таки это был не только наш ящик, а всех жителей сего дома. Эх. Как часто я туда заглядывала! Как будто в мои 5-7 лет мне должно было прийти что-то очень важное, срочное. Дом наш не имел улицы. Очень странно, но улица на которой я прожила не имела названия. Это был 124 километр. А у дома не было номера, он был просто железнодорожный дом. Дом как дом. а без номера. Зато особенный. По его названию сразу подумаешь - " а почему железнодорожный то?". Да. Жили мы просто в метрах 10 от ж\д путей!.. В годы постройки этой самой дороги сюда были сосланы жить рабочие люди. Сначала этот дом принадлежал какой-то конторе и строителям, рабочим, а затем он превратился в обычный, жилой. Тем самым рабочим, который и унаследовал квартиру здесь, была моя прабабушка, в честь которую меня и назвали, Маша. Я её не видела. Она умерла раньше чем я родилась. Очень трудолюбивая и добрая. Папа её очень любил. Ну так вот. И всё моё детство это поезда, запах мазута, звуки колёс. Вот почему я так, наверно, люблю дороги. Дорога почему то была на столько близко, что когда проезжал поезд в серванте тряслась посуда и гремели бокалы. Мешало ли это нам? ничуть. Ночью эти звуки поездов наводили какое то особое настроение, что вводило в глубокий, спокойный сон. Меня, например это всегда успокаивало. По мне лучше уж звук поездов и электричек, чем рёв фур и машин. Ближе к дому был один из старых путей, железной дороги, по которой никогда ничего не ездило, она была заброшена наверно. Это было наше место прогулок, моих походов в детский сад и в первые классы школы. Километра три нужно было идти по рельсам до города и это было в порядке вещей. После 7-ми лет я ходила часто одна и родители знали, что со мной ничего не случится. Я была достаточно послушной и спокойной, но как говорится " в своем мире". По длинной "рельсовой" дороге я пела песни, придумывая и музыку и слова. Ну так вот. Наш Дом. Наш дом был не новым и кое-где трещал по швам. У нас не было понятий ни "батареи", ни "водопровод" ни "газопровод" ни "ванная комната" и даже ни "джакузи"). Туалет у нас был на улице, и то нужно было выходить на дорогу и идти вдоль всего длинного дома в другой двор. Он был деревянный и он мне никогда не нравился. До сих пор помню, как моя двоюродная сестра, Юля, которая часто приходила в гости, побежала туда. А наши окна, как раз выходят на дорогу, ну и почти окна всех выходили на ту самую дорогу. Так вот эта стрекоза, оторвав длинющий шмоток туалетной бумаги, весело и задорно побежала в туалет. И эта белая лента развивалась на ветру за ней почти 5 метров. Вот зрелище было. Родители так и не успели сфотографировать это действие, но в памяти, я думаю у нас это навсегда. Ну наверно сразу понятно, что и зимой и летом, несмотря на суровые климатические условия, туалет находился именно там. Газопровода у нас не было. Зато раз в месяц, ну или когда кончался газ, нам привозили баллон. Он как то хитро подключался к плите, ну уж я этих хитростей не знаю. Отопление у нас было. Печь. Это была и печь и ящик и вторая плита, единственное наверно то, что она не использовалась как кровать. Ну она была не русская печь, на которой спал Иван дурак, это была какая то более современная. Но печь топила хорошо и зимой у нас было даже жарко.С другой стороны печи, а это была комната, стояла моя кровать и когда печка топилась, стена была горячая и я там грела ноги. Я любила печку, папа учил меня её топить, разжигать огонь, с помощью какой-то жидкости и коры берёзы, ворочать кочергой уголь, распознавать можно ли закрыть трубу, от куда выходил дым, или нет. Я сразу заметила что именно берёзовая кора горит лучше всего и всегда просила папу о том, что бы я разжигала всё сама. Часто я помогала папе или маме набрать дров и принести. С водой у нас тоже было не на "раз два и вода пошла". У нас конечно была, и по лучше чем у остальных из крана, но она была в колодце, а колодец, естественно без подогрева. Вода очень вкусная. Возможно пресная вода не имеет вкуса, но свою воду я узнаю наверно из тысячи. Чистая, свежая, чудо вода прям. С колодцем нам повезло больше чем с туалетом. Колодец был у нас во дворе. Прям перед крыльцом. Мы каждый день набирали воду, заполняли ей умывальник на кухне, ставили вёдра с чистой водой, одно ведро всегда было на печи, особенно в зиму и осень. Ещё нам повезло с тем, что у тёти Шуры, с которой мы делили одно крыльцо и которая жила в квартире номер один, у неё была баня, тоже прям во дворе, как колодец. Поэтому конечно же там мы и мылись. Каждую неделю баня топилась. всё четко по расписанию. Вот до сих пор не пойму, зачем после бани на меня повязывали платок, а когда зима, то поверх ещё и шапку. Что-бы не простыть? Распаренная будто? А почему только детям? странно. В общем к бане меня приучили с самых пелёнок. К этому всему у нас был огород, точнее два. Один выходил на вид железной дороги, а второй во двор. Как ни лето - все в грядках. Мама, папа, я - всегда ходили летом загорелые. У папы обгорала спина периодически, потому что весь день в огороде. Я никогда не любила полоть, а как меня об этом просили. Ну я выполняла что-то время от времени, но особого пристрастия у меня не было. да что там, ребёнок ещё. У меня была песочница перед крыльцом, папа от куда то надыбал песка, и песок был чистым и он мне очень нравился. Я возилась там с утра до ночи. Калабашки, каши-малаши, секретики, городки и тому подобное... Лето вообще забавная штука там. Мы очень часто ходили по грибы. И самое для меня было интересное то, когда приезжаешь, с большими запасами свежих, сырых грибов и начинаешь их разбирать. Тогда вечер затягивался так долго, и меня не отправляли спать, не говорили что "детское время уже кончилось". Мы все собирались, обычно это были и соседи, садились на ступеньки крыльца, разговаривали, и чистили то, что собрали. Точнее разговаривали они, а мне лишь нравилось слушать, смотреть на звёзды, облокотившись об маму или папу. Звёзды ведь я видела редко, укладывали меня рано, да и в темень не разрешали гулять, поэтому для меня это было чем то интересным, запретным, делёким. Волшебными для меня были эти ночи... Два раза летом меня отправляли в пионерский лагерь, в ИТАР_ТАСС, что был не неподалеку. Это военный городок. Смены там были не по три недели, как обычно, а по 45 дней, по полтора месяца! Первый раз я сходила с ума! Родители делали ремонт, занимались огородом, а я видимо мешалась, вот и отправили. Но ничего не скажу лагерь был хорош. Начальник был Москвичом, да и детей везли с Москвы в основном, так что обстановка была порой даже лучше чем дома. Кормили на убой, баловали, кино, дискотеки, мероприятия. Бассейн был у нас большой. Но меня какого то фига поселили с третьим отрядом, когда я должна быть в пятом, самом младшем. Они не давали мне спать, ночью играли в бутылочку. Жуть. Как вспомню - грустно становится. Плакала я там часто. Ну не об этом сейчас. Лето у нас все равно было хорошее. Лето давало много плодов, что кормило нас всю зиму. Ягоды. У нас было два больших вишневых дерева, и ближе к концу лета, их ветки свисали от тяжести больших спелых, наливных ягод. Мама выносила магнитофон на крыльцо, включала громко музыку и мы все вместе собирали этот сладкий урожай. Мне на шею вешали розовый кувшинчик, для ягод, но он никогда не был полным, так как я чаще подносила вишню ко рту, нежели чем кидала её туда куда нужно. На меня и не ругались никогда. Ещё в нашем огороде был крыжовник, его я ела ещё зелёным, неспелым, по секрету. Черная смородина занимала не меньшую часть, но после одного случая с клопом у меня во рту я близко к ней не подходила. А вот красная смородина не была обделена моим вниманием и даже пользовалась популярностью. Словом урожай собирать мы любили. Соседи у нас все друг друга очень хорошо знали. Некоторые из них держали свой скот. У тёти Раи, например были козы, у тёти Шуры, куры, у кого-то вообще гуси... В другом конце дома жила моя подруга. Может быть мы бы и не узнали бы друг друга никогда, если бы не то, что и дружить то не с кем было там. Мы были одного возраста, поэтому, как будто были обязаны общаться и играть вместе круглый день. Её звали Кристина. Белокурые волосы, длинные до пояса, светлые глаза, стройные ноги, ну как будто Барби. Вся правильная. Мама всегда приводила Кристину в пример. "Смотри какая чистенькая девочка! Волосы причёсаны, носочки беленькие, скромная!Девочка как девочка. а у меня кто?" Меня это жутко выводило из себя! Никогда не любила, когда меня сравнивали. Чем больше меня сравнивали, тем больше хотелось шкодить и быть непохожей на остальных. У меня же были русые волосы, почти светлые. Бабушка меня прозвала злотовлаской. Они были кудрявыми. Ну не совсем пудель, а в меру. Они никогда не были идеально причесаны и заплетены в косу, все сделанные мамой с утра хвостики и косички растрёпывались моментально и домой я забегала с улицы уже лохматая, с заколкой на руке. Одежда была испачкана, на лице, как обычно следы какого-нибудь угля, в руках пару палок или старых вещей, подобранных на улице. Маша. Простофиля.Мы с Кристиной, несмотря на наше отсутствие общих интересов и черт виделись наверно 12 часов в сутки. Наверное мы никогда не были соперницами, так как были совершенно разные. У Кристины не было такой большой фантазии как у меня и она просто поддерживала все мои идеи, хотя за большинство из них её постоянно наказывали и ругали. Да я вообще думаю что ей запрещали водится со мной, но что тут поделать! Один дом! Я придумывала что-то новое каждый день. Сначала помню в моей террасе мы открыли салон медицинской помощи, куда созывали всех соседей, клеили объявления на заборы и столбы. Помню как каждый день искали красивые камни и делали из них коллекцию, помню как же меня ругала мама, вытряхивая из моего письменного стола булыжники. Помню мы нашли большую верёвку и перекрыли проездную дорогу. Там конечно редко проезжали машины, но люди проходили периодически. Мы придумали что за проход нужно платить, ведь это наша дорога! Много смеха было у соседей, а прохожие пугались. Затем мы устраивали концерты и представления, созывали всех. кто жил неподалёку. Как сейчас помню сцену - это были ступеньки к колодцу в моем дворе; соседей, которые пришли со своими табуретками и скамейками; магнитофон; группу "Руки вверх" и наш дикий танец... Аплодисменты . Смех. Было весело. Первые мои песни сочинялись там, в Петушках, на огороде. Мама рассказывает мне как я однажды вырвала из грядки морковь с ботвой и начала в неё петь, представляя, будто это настоящий микрофон. И так громко пела, что все соседи до сих пор помнят это. Мама помнит даже слова, которые я сочиняла. Неподалёку от дома был небольшой пруд. Самым занятным для нас тогда было - это ловля головастиков. Помню мы специально выращивали отряд каких-то волшебных головастиков и ловили для них комаров, и всяких насекомых. Однажды на террасе я поймала бабочку. Обдумав я решила, что это будет удивительным подарком для нашего отряда. Мы с Кристиной понесли бедную красавицу в пруд. После чего сделали вывод, что бабочек наши питомцы не едят. Мне стало её очень жалко и я её выловила. Заметив, что она движет своими крылышками, я поняла, что она жива. нужно что-то делать. Лечить. Так мы и решили. Помню я нашла большую банку из под какао "несквик", мы сделали там дырочки, что бы она смогла дышать, нарвали ей свежих цветов и поместили её туда. Несколько дней бабочка просидела там. Я её аккуратно вынимала и пробовала подбросить вверх, что бы она улетела, но нет. Видимо была не готова ещё. Я была рада. У меня была собственная ручная бабочка. Обычно такие истории заканчиваются с хорошим концом, и возможно я сама в это тогда верила. что однажды она выздоровит и улетит. Нет, она не умерла... Были как то у нас гости, и не посмотрев на мою пастель, где сидела моя красавица, моя тётя резко плюхнулась в это место. Да. Плакала я конечно.А тётя Наташа, лишь посмеялась и сказала что на поле полно летает таких бабочек. Вот такая история.
Ещё помню строили шалаши для бездомных собак и кошек, носили туда есть, до одного момента, пока не обнаружили что там живут тараканы. Ну и визгу было! Летом ещё было время велосипедов. Сначала у меня был такой маленький - "конёк-горбунок". Любила я на нем погонять. Два маленьких колёсика, что были по бокам отстёгивались и я как сейчас помню, был солнечный день и папа решил меня научить ездить на двух колёсах. Отстегнул задние и начал учить. Он держал меня сзади и помогал ехать, а потом на счёт три отпускал велосипед, что бы я ехала самостоятельно. Мы специально пришли в место где была горка и асфальт и папа меня подтолкнул с горки, ожидая что я поеду и сразу научусь. С одной стороны дороги была канава, большая такая! Ну и я, значит еду и прямо по курсу в неё! Папа кричит " Поворачивай, поворачивай!" А я, ну вот не помню почему, но не могу повернуть и всё. Еду прямо в канаву!!!! И Бум. И велик и я - под водой. Папа меня за шкирку вынимать. Я реветь. Домой. В умывальник. Родители смеялись а я плакала. И больше всего меня раздражало что они смеются и тогда я ещё больше плакала. Несмотря на мои слёзы, садины и синяки папа научил меня кататься! И после я даже уже могла ездить на большом, родительском велосипеде. Правда до сидушки я ещё не доставала, поэтому приходилось ездить стоя. Я чувствовала себя главным шумахером на районе. Ни одна девчёнка в моем возрасте так не умела! Я знала каждый закуточек нашего района, каждая незначительная тропа была у меня в голове. Как я любила своё велосипед! Я даже дала ему имя, "Сюзанна", это очевидно была девочка. Позже я научилась менять камеру, проверять её на прочность, поднимать сидение или руль, могла даже колесо снять и вернуть обратно, знала что делать если слетела цепь, словом, мастером я была своего дела. В лет 7 я могла ехать на этом велике и вести на багажнике сестру, или даже маму. Я гордилась тем, как мне казалось, большим открытием.
Лето дарит мне много хороших, тёплых, ярких воспоминаний детства. Может быть это потому что я родилась в начале июня, это время года я считала своим. Я ждала лето с нетерпением.
Когда мы вырастаем и становимся совсем взрослыми и серьёзными, мы мало помним деталей из раннего детства. В основном это какие то картинки, мимолётные вспышки в памяти. Я до сих пор помню свою маленькую кроватку. Меня всегда укладывали спать днем. Я ненавидела тихий час. Но самое приятное было, когда кругом было очень много комаров, мама накрывала эту маленькую кроватку тюлью, раскрывала окно, что бы было прохладно. И вот ты лежишь, по стенам бегают солнечные зайчики, тёплый, летний ветер приятно обдувает тебя, шевелит шторы, с улицы доносятся крики птиц, шуршание насекомых в траве, жужжание шмелей и ос, собирающих пыльцу. Разве такое забудешь?
